Насколько это возможно для обычной прихожанки храмов выглядеть красиво и в соответствии с нормами — корреспондент «Интерфакс-Религия» Елена Веревкина попыталась выяснить у Светланы Беговатовой, лауреата Госпремии России, директора собственной студии дизайна, а в прошлом — руководителя информационно-аналитического сектора Центра моды СССР и арт-директора «Бурда моден».

— Светлана Яковлевна, давайте поговорим об одежде для прихожанок православных храмов. В мире уже появилось понятие мусульманской моды. От Абу-Даби до Нижнего Новгорода проходят показы и фестивали мусульманской одежды, причем ее разработкой уже начали заниматься европейцы. Иначе обстоит дело с модой для христианок, в частности, православных. Дизайнеры-одиночки предпринимают робкие попытки заняться такой одеждой, но модели выглядят либо лубочными, либо унылыми, да и показы проходят для очень ограниченного числа зрителей. Что нужно сделать, чтобы привлечь внимание российской индустрии моды к православной женщине?

— Думаю, что пока это невозможно. Одежда — массовое явление в отличие от подиума, который является лабораторией моды. Там каждый художник старается показать свое лицо, свое видение моды, а вот чтобы открывать эту сферу искусства моды и заниматься массовым производством одежды для посещения храма — такого сейчас нет. Несколько лет назад у нас был православный дом моды в Твери, занималась этим художница Алена Исаева, но сейчас о ее показах не слышно — видимо, она прекратила этим заниматься. Нет спроса — нет предложения. Пока в нашем народе не появится крепкая традиция регулярно посещать храм — нет необходимости создавать для этого специальную одежду, с экономической точки зрения это не оправдано. Сегодня все модельеры заинтересованы в том, чтобы программа имела какой-то коммерческий успех.

Исламские традиции очень прочно и глубоко вошли в жизнь мусульман, во все сферы их деятельности, что естественно вызвало и желание и необходимость создания таких моделей, а у нас, к сожалению, этого нет, разве что на ВВЦ проводятся православные ярмарки.

— Но там все сплошь сарафаны…

— Это потому, что те, кто делает костюмы для православных ярмарок, не столь глубоко разбираются в вопросах создания одежды. Они не разбираются в ткани и в цвете так, чтобы это выглядело современно. Вот если бы собрать вместе дизайнеров, которые заинтересованы в создании такой одежды, даже в рамках православных выставок-ярмарок, возможно, что-то и получилось бы. Когда мы делали одежду для спорта, для Олимпиад, мы собирались вместе и думали над тем, как мы можем использовать свои возможности, чтобы создать костюм для определенных целей.

Однако между модой и нашей темой есть некоторый диссонанс, потому что в моде есть некоторая доля провокативности, в хорошем смысле этого слова, есть определенные функции, в том числе и сексуальная, есть и знаковая, и всем им одежда должна отвечать в совокупности. Но если говорить о привлекательности, то, заходя в храм, мы не должны привлекать к себе внимание, это не тот случай, и, наверное, все-таки здесь больше нужно говорить о культуре одежды. Одежда для храма совершенно не может быть скучной, но должна отвечать канонам Церкви, тем требованиям, которые необходимо соблюдать. Конечно, никаких голых пупков и миниюбок.

— Все это больше присуще молодежи…

— Да, это особенно среди молодежи проявляется: пока интеллектом блеснуть не можем — блеснем хотя бы костюмом. А дорогие вещи молодым людям, как правило, недоступны, и вот появляются такие явления, как, к примеру, готы… Это, конечно, сложное явление, но многие из молодежи начинают примыкать к нему именно по той причине, что им нужно как-то выразить свою исключительность, особенность. Зачастую подростка привлекает внешняя атрибутика, хотя он этого и не осознает, он примыкает потому, что его это привлекает внешне, а потом его затягивает, и там начинают работать уже совершенно другие механизмы. В молодом возрасте приверженность моде частично происходит оттого, что человек пытается заявить миру о себе: я существую, я такой, обратите на меня внимание! А чем можно привлечь? Только внешним видом. Отсюда пирсинг, отсюда замысловатые прически и прочие экстремальные вещи — все это возникает в силу недостатка культуры или в силу недостатка осознания мира: молодые люди сразу воспринимают что-то их поразившее и стараются и сами к этому примкнуть и другим это привить. А в Церкви все-таки есть каноны, существующие уже тысячелетия.

— Как бы Вы одели православную женщину, которая живет в современном мире, работает в офисе, возможно, с неверующими коллегами и при этом ходит в храм?

— Надо обращать внимание на культуру одежды в целом и на традиции православия. В будние дни это может быть обычная корректная неяркая одежда, должна быть закрыта грудь, а юбка совершенно не обязательно должна быть длинной, она может быть до колена — просто для того, чтобы не отвлекать людей в храме от того дела, за которым они туда пришли. Подойдет английский костюм. Посмотрите, как ежедневно одеты англичанки (я не беру лондонские улицы, а, скорее, средний класс): они одеты настолько корректно, что всегда могут зайти в храм. У них, конечно, не православный храм, но и в англиканских храмах есть свои каноны. В православном же храме на голове может быть и шляпка, и палантин, и шарф. Конечно, высокие каблуки совершенно ни к чему, подойдет умеренный средний каблук, ведь служба требует напряжения не только духовных, но и физических сил.

— Что Вы скажете об одежде для воскресной, праздничной службы?

— В выходные дни, в праздники, на торжественные службы нужно одеться специально для этого случая. Это может быть платье, причем, на мой взгляд, платье лучше, чем кофта с юбкой, но это уже зависит от фигуры человека. А может быть и костюм какого-то корректного кроя. Одежда может быть украшена вышивкой или декорирована.

Однако, прежде всего, человек приходит в храм, ища гармонии в своей душе: неважно, приходит он в храм каждый день, потому что это вошло в его привычку, или по особенному случаю — он приходит гармонизировать свое внутреннее содержание, свое внутреннее пространство, он ищет гармонии в себе, в душе, с окружающим миром и в себе самом. Поэтому и одежда должна работать на это и быть созвучна тому порыву, который приводит человека в храм, поэтому и в ней должно быть все гармонично, без ломаных линий. Безусловно, она не должна подчеркивать формы, но при этом сидеть по фигуре, не должно быть деталей, перегружающих одежду в плане декора. Человек должен ощущать себя хорошо в такой одежде, поэтому, конечно, лучше, чтобы это была не синтетика, а наши традиционные материалы: хлопок и лен — для лета, шерсть или шерсть в сочетании с другими волокнами — для других сезонов. Но одежда не должна быть на первом плане по отношению к тому важному, для чего человек приходит в храм.

— Какие цвета должны преобладать в костюмах?

— Неброские. Кстати, даже черный цвет может быть очень интересным. Есть такое понятие: цветной черный цвет — это может быть и сложный зеленый, доведенный до глубины, и бордо… Но они не должны кричать, они должны быть сдержанными, не вызывающими шока.

— Может ли православный человек быть стильным?

— Человек может выглядеть стильно всегда, в том числе и в церкви. Когда он хорошо себя понимает, знает не только свою внешнюю конституцию, но и внутреннее состояние, когда он осознает свою индивидуальность (а человек от рождения, априори индивидуален, плюс он еще в себе знает какую-то изюминку и умеет ее подчеркнуть в костюме), вот тогда и возникает стиль. Стиль обычно то, что остается после того, как уходит мода.

Вот я смотрю на одежду патриарха Кирилла и восхищаюсь тем, как он одет. До него мало кто был так одет из наших церковных деятелей. Конечно, они всегда одеты по канонам, есть определенные требования и декор, но у него еще присутствует вкус в одежде. Казалось бы, нельзя в традиционное церковное облачение внести что-то новое, а у патриарха Кирилла я это постоянно наблюдаю. Например, на богородичные праздники цвет облачения должен быть голубым, и у него он голубой, но голубой сложного и модного оттенка. Оттенок современности и в какой-то мере модности цвета обязательно есть в его костюме. Вот, положим, лиловые и сиреневые тона традиционно присутствуют в церковной одежде, но оттенок его облачения не привычный, а опять же сложный: это может быть и пастельный тон, и припудренный или карамельный тон лилового. У него все подобрано с большим вкусом и пониманием.

Поэтому и прихожане, посещающие храм, тоже могут быть со вкусом одеты, но тут, конечно, сам человек должен над этим поработать.

— Большинство женщин чувствуют себя комфортнее и увереннее в более просторной и закрытой одежде, да и по результатам исследования, проведенного британскими учеными, женщинам следует обнажаться не более, чем на сорок процентов, чтобы добиться наибольшего внимания со стороны мужчин. Однако модельеры настойчиво навязывают нам мини и декольте. Зачем? Боязнь выделиться и прослыть излишне консервативными или продуманная пропаганда доступности?

— В том числе и пропаганда, я с Вами совершенно согласна. Первое слово, которое в наше время звучит в разговорах об одежде, это «сексуально». Вообще в сексуальности ничего страшного нет, сексуальность — это всего лишь принадлежность к определенному полу. Когда появилась одежда «унисекс», мальчики и девочки стали одеваться одинаково, вот тогда и возникло понятие сексуальности, это было сказано в хорошем смысле и означало, что «я все-таки девочка и хочу это подчеркнуть». Сегодня у нас это трактуется неправильно, потому что вместо большой части, которая составляла культурный слой, появился большой пласт людей, которые занимаются развлечениями, отдыхом, ведут праздный образ жизни, отсюда и одежда у них праздная. На них смотрят девочки и приезжают в столицу, ища себе лучшей доли, чтобы каким-то образом найти себе олигарха, и они начинают привлекать к себе внимание прежде всего внешне. Отсюда все это и идет — и эта одежда, и голые пупки. Та одежда, которую мы видим, это бразильские карнавалы. Однако я вращаюсь в различных кругах по всему миру, знаю людей совершенно разного уровня и могу заявить, что человек, имеющий деньги, имеющий определенное положение в обществе, не стремится найти себе длинноногое существо с огромной грудью и огромными рыбьими губами. Он хочет видеть рядом с собой культурное, внимательное, ухоженное, доброе, жизнерадостное создание. Может, это и пропаганда, ты постоянно это видишь, тебе в какой-то мере это навязывают, и тут, конечно, надо говорить о культуре.

Люди не видят другого, та же одежда для церкви может быть прекрасной, если заглянуть в историю нашей одежды, в историю российской православной культуры, исторического костюма, но об этом не говорят. Нужны хорошие примеры. То, что у нас получился сегодня такой разговор, это, на мой взгляд, прекрасно. Нужно, чтобы люди посмотрели в эту сторону и увидели хорошие, привлекательные примеры.

По материалам Интерфакс — религия

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here